Жизнь и развлечения в средние века

     Значительную  часть населения составляли лично  свободные крестьяне. Они сами распоряжались  своим движимым имуществом, но платили  феодалу высокие налоги и должны были подчиняться суду сеньора. Существовал  и небольшой слой крестьян – собственников  земли, зависимость которых от сеньора  носила судебный и политический характер.

     Быт крестьян нес на себе отпечаток крайней  бедности: простейшие орудия труда, убогая деревянная утварь, маленькие жилища, где в одной комнатке ютилась  вся семья, хранились запасы и  содержался скот. Почти вся жизнь  крестьян была наполнена тяжелым  трудом, прерывавшимся лишь в воскресные дни, народные и церковные праздники.

     В сельской местности располагались  многочисленные монастыри – поселки, состоящие из часовен и церквей, монашеских келий, мастерских. В раннее средневековье монастыри – почти  единственные хранители знаний, в  том числе хозяйственных и  технических. Благодаря этому, а  также жесткой дисциплине и организации  труда они были экономически очень  эффективны.

     Имущество монастырских общин увеличивалось  и за счет пожертвований земельными владениями, деньгами, продуктами. Монастырь  обзаводился слугами и зависимыми крестьянами, трудившимися под руководством братии. При обителях создавались  больницы, гостиницы, приюты, многие люди находили здесь защиту во время войн, голода, эпидемий. За века монастыри  скопили большие материальные и  культурные богатства, они обеспечивали своим обитателям благополучную  жизнь и высокий общественный статус. Поэтому монахами становились  представители всех сословий.

     Развитие  средневековой цивилизации тесно  связано с ростом городов. В начале средних веков города в Европе – это небольшие группы людей (1-5 тыс. человек), живших вокруг крепостей  или резиденций епископов и мало чем отличавшихся от крестьян. К X–XI вв. ремесло отделяется от сельского  хозяйства и вместе с тем происходит быстрый рост городов как центров  ремесла и торговли. В крупных городах живет 20-30 тыс. человек и более, растет число малых городов. Горожане достаточно быстро освобождаются от власти окрестных феодалов, налаживают самоуправление (коммуны). Состав городского населения был очень пестрым. Здесь проживают короли и герцоги со своими придворными и слугами, епископы, монахи, священники, люди свободных профессий – юристы, врачи, архитекторы, преподаватели и ученики школ и университетов; крестьяне ищут в городе заработков и освобождения от крепостной неволи, нищие и преступники – легкой поживы.

     Постепенно  складывается сословие горожан –  бюргеров (по-немецки) или буржуа (по-французски). Его основу составили ремесленники и купцы, объединенные по профессиям в особые союзы – цехи, гильдии, братства, «торговые дома». Мастера  и торговцы нуждались в защите своего предприятия и доходов  от феодалов и конкуренции, в регуляции  своих отношений с подмастерьями  и учениками.

     Цех строго регламентировал производство и сбыт товаров, технологию их изготовления, число помощников и др. В XIII–XV вв. сословие бюргеров расслаивается. Выделяется правящая элита из богатых купцов, руководителей цехов – патриции. Им противостоят массы живущих в бедности подмастерьев, учеников, неквалифицированных рабочих, которым теперь уже закрыт путь наверх, в цеховую организацию.

     Средневековый город строился вокруг рыночной площади, рядом с которой помещались городской  собор и здание городского совета (ратуша). Улицы были узкими, дома примыкали  друг к другу, верхние этажи нависали над нижними. Не существовало водопровода, канализации, уличного освещения; мусор выбрасывался прямо на улицы, где бродил домашний скот и птица. Для защиты от врагов город окружался мощными стенами, их кольцо со временем расширялось, охватывая и пригороды.

     Именно  в городах начинается «техническая революция» зрелого средневековья. С XI в. повсеместно внедряется обожженный кирпич, облицовочный кафель, черепица. К XII в. были освоены такие методы обработки металла, как сварка, термическая  обработка, горячая и холодная ковка, штамповка, вытяжение, изгибание, протягивание, шлифовка, чеканка. В XIII в. уже известны строгание, сверление, обточка и  полировка. Развивается производство стекла, витражей, зеркал. В XII в. появляются ручные и педальные станки (ткацкие  и токарные), в XIV– XV вв.– кривошипные  механизмы, зубчатые передачи, сверлильный  станок, подъемный кран, землеройная  машина. Был сконструирован и первый автомат – механические часы, башенные, а затем комнатные и карманные.

     В последней трети XV в. изобретено книгопечатание. С XIV в. распространяется огнестрельное  оружие. На море на смену ладьям раннего  средневековья приходит каравелла  – многомачтовый корабль, способный  совершать океанские плавания.

     И все же, несмотря на эти успехи, средние  века оставались миром бедности, что  отражалось и на продолжительности  человеческой жизни. Она составляла в среднем 40–45 лет для мужчин и 35 лет для женщин. Каждый третий ребенок не доживал до 15 лет –  возраста совершеннолетия и вступления в брак, менее четверти людей (в основном знать и монахи) доживали до 50 лет. Войны, болезни, голод постоянно уменьшали численность населения.

     Эпидемии  оспы, холеры, тифа были привычными явлениями, к ним добавлялись туберкулез, проказа, кожные паразиты и т.п. Болезням способствовало хроническое недоедание. Неурожаи неизбежно приводили к  голоду, повторявшемуся каждые 3–4 года. Понижение среднегодовой температуры  в XIII в. и страшные последствия «черной  смерти» – чумы 1348–1349 гг. стали  причинами запустения многих областей Европы.

     Вся повседневность средневекового человека проникнута постоянным страхом голода. Люди мечтали о пище, хотя бы о хлебе в достатке. Хлеб в это время недаром являлся объектом чудес. В разных странах Европы слагались песни о еде и питье. Обжорство не только не было признаком дурного тона. Это был идеал хорошей жизни. Обжорство прославлялось в литературных описаниях пиров. С оттенками юмора, но и уважения, обжорство изображено, например, в книге Ф. Рабле “Гаргантюа и Пантагрюэль”. Голод угрожал средневековому населению постоянно, и время от времени уничтожал массы людей. Низкая урожайность и неумение обеспечить скот на зиму кормами, плохое хранение продуктов, их отвратительное транспортирование, – все это приводило к голоданию целых провинций, а иногда и стран. В этих условиях, и при отсутствии элементарной гигиены, плодились полчища крыс, возникали эпидемии чумы, холеры, кожных заболеваний, туберкулеза и других болезней. В 1032–34 г.г. был великий голод во Франции, во время которого, судя по описанию: когда съели и диких зверей и птиц, неодолимый голод заставил людей подбирать падаль и творить такие вещи, о каких и сказать страшно. Речь шла о случаях людоедства, детоубийства.

     Таким образом, общая нищета, бедствия, голод  тогда были просто ужасающими. Но именно поэтому существенны стали витальные  ценности жизни и культуры. Й. Хейзинга подчеркнул, что в условиях голода и холода, подбитый мехом плащ, жаркий огонь очага, мягкое ложе, хорошая еда, вино - доставляли огромное наслаждение, которое стало едва ли не самым ярким выражением житейских радостей вообще. В Средние века эти ценности доминировали во всех слоях общества.

     Элементарные  формы и ценности цивилизованного  быта, развитые во всех древних обществах, в средневековой Европе “изобретаются” как бы заново и утверждаются с  большим трудом. Так, грязь, в том  числе и телесная, была поначалу настолько привычной, что даже короли не мылись иногда с рождения и до женитьбы. Есть описание, как одного такого короля отмывали к его свадьбе. Тем не менее, быт, хотя и медленно, цивилизовался, окультуривался. Бани, которых, скажем в Париже в 1292 г. было уже 26, становились вполне обычными. При этом они были не только местами  омовений, но и наслаждений разного  рода.

     Голод, по свидетельствам историков, часто  свирепствовал, церковь призывала  к постам. Пищей крестьян была в  основном жидкая каша и овощи. Но в  праздники роскошествовали все, каждый по своим возможностям. Крестьяне  в декабре закалывали поросят. А  уж верхушка общества и в праздники, и не только, – предавалась всяческим  излишествам. В целом же и еда, и жилище, и одеяния все более  разнообразились. Й. Хейзинга, говоря о  контрастности средневековой культуры, в частности замечает, что неказистость и простота одежд крестьянства явно контрастировала с блеском великолепия  нарядов и оружия знати.

     Окультуривание человека касалось всего, начиная телесности. Конечно, большинство населения средневековой Европы было физически нездорово. Болезни, недоедание и тяжелый физический труд вели к нервным заболеваниям (эпилепсия, истерия). В сравнении с античностью, уделявшей много внимания физическому здоровью и телесной, если не красоте, то гармонии (и гармонии тела с душой), Средние века о теле вроде бы совсем не заботились. Утверждалась ценность бессмертной души. А тело, Григорий Великий, например, называл “омерзительным одеянием души”. Людовик Святой считал, что когда человек умирает, он излечивается от проказы, каковой является его тело. Монахи усмиряли свою плоть бичеваниями. В монашеских уставах указывалось максимальное количество ванн и туалетных процедур. Это считалось роскошью и проявлением изнеженности. Нагота телесная была всячески порицаема. В то же время, физическая сила, крепость его, выносливость высоко ценились в этом обществе воинов. И рыцарский идеал, идеал воинственности был вполне телесным. Юные герои поэм – всегда атлетически сложены, кудрявы, белокуры, белокожи. Тела святых (а не только души) вызывали поклонение, попытки их сохранить.

     Телесным можно назвать и одно из главных средств выражения. Ж. Ле Гофф показывает насколько развита была культура жестов, когда все клятвы и соглашения сопровождались жестами. Существенны были жесты молитвы, покаяния, благословения и т. д. Жестами объяснялись. Это было настолько характерным, что у Рабле в “Гаргантюа и Пантагрюэле” есть сатирическое описание ученого диспута, проводившегося при помощи одних жестов. Во всяком случае, жесты были необходимым сопровождением выражения чувств и мыслей той эпохи.

     Человек в целом его физической конституции, то есть в телесном воплощении был одновременно метафорическим образом органического единства общества - "христианского тела", головой которого, как писал епископ Иоанн Солсберийский, является государь, его советники - сердцем; судьи и наместники - глазами, ушами и языком; воины - руками; сборщики податей - желудком и кишечником, крестьяне - ногами (см. стр. 46-47).

     Согласно  средневековым представлениям, жизнь  человеческая разделяется на шесть  периодов: младенчество, детство, отрочество, юность, зрелость, старость, которым  соответствуют шесть исторических эпох - от сотворения мира до потопа, от потопа до Авраама, от Авраама до царя Давида, от Давида до вавилонского плена, от вавилонского плена до рождества  Христова, и последний период - от Рождества Христова до конца света. Возрастам человеческим (и историческим эпохам) средневековое символическое сознание уподобляло часы дня: на заре трудился праведный Авель, третий час - время Ноево и построения ковчега, девятый час - законодательство Моисеево, вечер _ пришествие Христа. Периоды человеческой жизни, как их отмеряло Средневековье, не совпадают с современными представлениями. Считалось, что юность длится до двадцати пяти лет, зрелость - до сорока пяти, а после того наступает старость. Историко-демографические исследования подтверждают, что люди в средние века умирали рано: голодовки, эпидемии, войны делали

     Исторически сложившийся тип средневекового человека как коллективной личности, не оставался неизменным. Он трансформируется и усложняется с началом второго  тысячелетия по мере возрастания  ценности мирского состояния, усложнения общественной структуры и специализации  общественных функций (разряды, статусы, сословия), роста социальной напряженности  особенно с XII-XIII и в XIV-XV вв., когда  урбанистическое развитие западноевропейского  общества выдвигает такие новые  социокультурные типы человека как "горожанин", "интеллектуал" (тип наиболее сложный, объединяющий в глазах средневекового человека тех, кто работает "словом и разумом", а не руками), "купец"; когда  чрезвычайно расширяется спектр "маргиналов" - людей, отброшенных  обществом на самый крайний его  полюс: нищие, бродяги, еретики и  евреи, акробаты и музыканты, проститутки, прокаженные, имеющие уродства, но также  и ростовщики. Одновременно возникают  новые страхи и новые "одержимости"; самые мощные и массовые из них, получившие особенное развитие уже в XVI-XVII столетиях, - страх смерти и охота на ведьм, которую возглавила церковь. 

     Выводы  по первой главе

     Для средневековой культуры характерны два ключевых отличительных признака: корпоративность и господствующая роль религии и церкви. Средневековое обществосостояло из множества социальных состояний (социальных слоев). Человек по рождению принадлежал к одному из них и практически не имел возможности изменить свое социальное положение. С каждым таким положением были связаны свой круг политических и имущественных прав и обязанностей, наличие привилегий или их отсутствие, специфический уклад жизни, даже характер одежды. Существовала строгая сословная иерархия: два высших сословия (духовенство, феодалы - землевладельцы), потом купечество, ремесленники, крестьяне (последние во Франции объединялись в «третье сословие»). Духовной основой средневековой культуры являлось христианство. Оно выступало в качестве новой мировоззренческой опоры мировосприятия и мироощущения человека той эпохи, а также культурообразующим фактором для средневекового общества, определяющим как его идеологию, так и практическую сферу деятельности.