Автор: Пользователь скрыл имя, 29 Марта 2013 в 21:13, реферат
Цель исследования: изучить критику Теоретической несостоятельности государствоведения.
Объект исследования: Отношение критиков к государствоведению.
Предмет исследования: Государствоведение.
1.Введение…………………………………………………………………………………2
2.Краткий очерк зарубежного государствоведения………………….4
3.Порошин: Критика государствоведения…………………………………11
4.Заключение……………………………………………………………………………..14
5.Список литературы…………………………………………………………………..15
СОДЕРЖАНИЕ:
1.Введение……………………………………………………
2.Краткий очерк зарубежного государствоведения………………….4
3.Порошин: Критика
государствоведения………………………………
4.Заключение………………………………………………
5.Список
литературы……………………………………………………
ВВЕДЕНИЕ.
Государство является предметом изучения многих наук –теории государства и права (вопрос о том, является ли этот предмет единой наукой, продолжает оставаться спорным) ,политологии, философии, политической экономии, но каждая изучает его с позиции своих подходов и обычно частично.
Государствоведение изучает явления государственности в комплексе, хотя для него некоторые вопросы могут оказаться менее существенными, чем для теории государства и права (например вопрос о возникновении государства и проблема его «отмирания»). Говоря кратко, государствоведение представляет собой систему знаний о государственности в ее различных формах, связях.
В результате государствоведение вскрывает закономерности структуры, развития и деятельности государства и его элементов, позитивные и негативные стороны их деятельности в обществе.
Также формулирует выводы и предложения о наиболее рациональной государственной организации, методах работы государственных органов в конкретно-исторических и национально- специфических условиях.
Выводы государствоведения используются для совершенствования формы государства, территориально-политического устройства, системы органов государства, методов их деятельности, установления их связей с населением, различными социальными группами общества, иными коллективами и общественными объединениями.
В конечном счете, государствоведение призвано научными средствами способствовать осуществлению основной задачи современного государства. Эта задача для государства социального, демократического, светского, правового направлена к обеспечению экономического, социального, духовного, научно-технического прогресса. И тем самым улучшению жизни народа и каждого человека, всестороннему развитию личности.[1]
Цель исследования: изучить критику Теоретической несостоятельности государствоведения.
Объект исследования: Отношение критиков к государствоведению.
Предмет исследования: Государствоведение.
КРАТКИЙ ОЧЕРК ЗАРУБЕЖНОГО ГОСУДАРСТВОВЕДЕНИЯ.
Государствоведение вообще и зарубежное государствоведение, в частности, зародилось позже, чем основные правовые науки, такие, как гражданское право, уголовное право.
На протяжении почти тысячи лет, когда в Европе доминировал так называемый абсолютизм, т.е. когда существовала абсолютная власть монархов, то необходимости в государственно–правовой науке просто не было, потому что наука могла (и должна была) претендовать на какие–то рекомендации, советы, а абсолютная власть в никаких рекомендациях и советах не нуждается. По этому поводу известный русский ученый XIX века В.М. Гессен сказал замечательную фразу: «До тех пор, пока монарх может сказать о себе «Государство – это я», науке государственного права нет и не может быть места».
Когда же появилась нужда в науке государственного или, по–современному говоря, конституционного права? Необходимость в такой науке появилась после установления индустриальных рыночных отношений, т.е. становления и закрепления современного государства. Эта эпоха началась после буржуазных революций, т.е. с конца XYIII века – начала XIX века.
Формально–юридическое направление зарубежного государствоведения или, иначе говоря, «юридическая школа» конституционного права, сформировалась к сер. XIX века и просуществовала до его конца, т.е. до начала XX века. Некоторые зарубежные ученые до сих пор являются преверженцами этой школы, этого направления, хотя, конечно, таких ученых меньшинство.
Середина XIX века характерна тем, что сложившиеся к тому времени передовые государства, прежде всего, государства Западной Европы и Северной Америки, было фактически государствами, где полностью (экономически и политически) доминировал один класс – класс победившей буржуазии. И у этого класса собственников практически не было политических противников. Феодалы сошли с политической сцены, а другие классы еще не были достаточно сильны, чтобы заявить о своих претензиях.
Во всех государственных структурах, на всех уровнях власти (парламент, суд, армия, полиция и т.д.) были люди, в основном, одних взглядов, одного мировоззрения, одних целей, задач и идей. Избирательное право было цензовым, оно ограничивало доступ в парламент практически всех слоев населения, кроме слоя собственников. Законы, принятые таким парламентом, предопределяли деятельность и социальный состав других ветвей власти. Между «своими» особых споров не было. Государство активно развивалось, еще более развивалась экономика. Этому способствовала первая научно–техническая революция. Тот период (сер. XIX века), не без оснований, называли веком пара и электричества.
В рамках формально–юридического направления было несколько школ. Наиболее известными являются юридический позитивизм и нормативизм.
Наиболее характерная черта формально–юридического направления была в том, что государство трактовалось его представителями как чисто юридическое явление. При анализе сущности и механизма власти исследовались лишь их юридические аспекты в отрыве от политической и общественной практики. Представители этой школы утверждали, что государство идентично праву, что государство – это персонификация существующего правопорядка. То есть государство изображалось как некий идеал, хотя оно им никогда не было. Государству приписывались свойства особого вида юридического лица, а изучение государства сводилось к анализу юридических аспектов механизма государственной власти. Анализ юридических норм при изучении государства, безусловно, был, есть и будет необходимым, но такой подход не раскрывает сущности государства как реального общественно–политического явления. Такой сугубо юридический подход ограничивал понимание сущности государства и права, поскольку это приводило к отождествлению условных юридических схем и реальной жизни. В этом был основной порок «юридической школы», с течением времени представители этой школы либо были вынуждены согласиться с такой критикой, либо сошли с научной сцены естественным путем.
Наиболее видными представителями формально–юридической школы являются Г. Еллинек, П. Лабанд (Германия), А.Эсмен (Франция), В. Орландо (Италия), А. Дайси, У. Уиллоуби (Англия), Н. Коркунов, Ф. Кокошкин, В. Гессен, Б. Чичерин (Россия).
Данная школа доминировала в зарубежном государствоведении примерно 50 лет до начала ХХ века. Потом она постепенно стала уступать место другому направлению.
Критиковать формально–юридическую школу начали уже в конце XIX века, поскольку изменилось общество, изменилась экономика, изменилась социальная структура, изменились взаимоотношения между государством и экономикой. В XIX веке основное требование к государству, которое предъявлялось теми, кто управлял экономикой, сводилось к роли ночного сторожа. Государство, как ночной сторож, должно было охранять своих хозяев, не вмешиваться в их быт. Начало ХХ века, когда возникли монополии, когда лозунг свободы конкуренции вышел из моды и определенные финансовые группы, фирмы, предприятия, тресты стали бороться за привилегированное положение, за какие–то экономические преференции, стало очевидным, что право работает не одинаково для всех. Пошатнулся великий, казавшийся незыблемым, лозунг о том, что право – это благо для всего народа; что те, кто противостоят каким–то нормам права, те, для кого нормы права невыгодны, неудобны, обязательно отщепенцы, преступники и т.д. Эта догма перестала работать, потому что представители промышленности, торговли и финансов стали бороться за выгодные экономические заказы, за определенные государственные послабления, скидки, адресное экономическое регулирование и т.д. Все это привело к тому, что старые постулаты о том, что такое государство и что такое право, перестали работать. Возникла необходимость объяснять новую ситуацию. Стало необходимым изучать не только нормы права, но и то, как эти нормы действуют. Стало необходимо предвидеть действие норм, и юристы начали применять социологические методы, опросы, анкетирование, изучение действия норм среди различных групп и слоев населения. Стало очевидным, что и народ неоднороден, что действительно есть социальные группы и даже классы.
Так появилась школа, которая стала называться политико–социологическая школа, или политико–социологическое направление. Роль государства стала обозначаться не термином «ночного сторожа», а понятием «работающая корпорация», не охранником, а партнером, пускай более старшим, более главным, но партнером, который должен помогать развивать экономику, промышленность, сельское хозяйство.
Политико–социологическая школа имела и имеет ряд направлений и ответвлений. Среди более известных можно назвать такие школы, как, например, школа «солидаристов». Наиболее известным представителем ее был француз Леон Дюги. «Школа социального интереса» – наиболее развита была в Германии. «Школа функционалистов», «школа реалистов», «школа инструменталистов» и т.д.
Заслуги представителей политико–социологического направления достаточно значительны. Представители этой школы ввели в науку ряд новых терминов, например, термин «политическая система». Они дали определения политических партий и иных общественных организаций, их усилиями появилась новая общественная наука, которая получила название «политология».
Политико–социологическое учение, естественно, неоднородно, но, в целом, это прогрессивное направление, которое сделало много полезного для изучения современного государства и права. Среди представителей этого учения можно назвать таких ученых, как М. Дюверже, А. Дженингс, М. Прело, М. Ориу, Ж. Ведель, С. Лоу, Т. Маунц и др. Развитие этого направления привело к тому, что появились политология, политическая социология, появились отдельные факультеты в зарубежных университетах и часть вопросов, которыми занималась юриспруденция, стали изучаться специальными политическими науками.
Кроме двух основных школ, названных выше, существовал ряд направлений, которые трудно было отнести либо к формально–юридической, либо к политико–социологической школам. Это, так называемые, промежуточные направления. Среди наиболее известных можно назвать, например, психологическое направление, или психологическая школа государствоведения. Наиболее широкое развитие она получила в скандинавских странах. Представители этого направления считали, что суть государства, основные его характеристики, специфика права больше всего зависят от психики человека, от его темперамента и т.д., улучшая человеческие качества, воспитывая человека, можно одновременно совершенствовать государственно–правовые институты, механизмы.
Известным и любопытным направлением было космополитическое направление, или школа. Слово «космополит» означает «гражданин мира», и представители этого направления развивали ту точку зрения, что для того, чтобы устранить дисгармонию в мире, убрать конфликты, устранить глобальные и региональные противоречия, в идеале желательно иметь всеобщее, так сказать, общемировое государство и всеобщее право. Такое государство, которое не имело бы границ и имело бы какой–то общий центр.
Эта идея активно
развивалась американскими
Среди промежуточных направлений было весьма оригинальное «органическое учение». По представлению этих ученых государство являлось неким социальным организмом, и при изучении его проводились аналогии с биологическим организмом, в частности, с организмом человека.
Кроме этих промежуточных направлений в то время были и абсолютно ненаучные, так сказать, человеконенавистнические направления и школы. Это расистские, фашистские направления, так сказать, тупиковые направления в государствоведении. Они развивались в той же гитлеровской Германии.
Во времена милитаристской Японии развивалась теория превосходства желтой расы. Наиболее известной из современных течений была теория апартеида, которая много лет была не только теорией, но и практикой такого государства, как Южно–Африканская Республика. Согласно этой теории, государство, в котором живут две или три расы, должно быть построено таким образом, чтобы граждане этой страны, относящиеся к разным расам, как можно менее пересекались друг с другом и были зоны для белых людей, зоны для черных. Но, к счастью, эта теория и практика, как говорится, «приказала долго жить», и несколько лет назад в ЮАР были проведены свободные выборы.
Среди современных теорий зарубежного государствоведения следует упомянуть социал–демократические теории государства и права. Социал–демократические теории долгое время в нашей науке именовались не иначе, как реформизм или ревизионизм. Реформизмом считался правый оппортунизм, ревизионизм – это левый оппортунизм. И то и другое представителями КПСС, которые курировали государствоведение, описывалось, как вредное и враждебное марсксизму–ленинизму учение, и всячески критиковались. На самом деле теории социал–демократии заслуживают внимания, изучения.
Такое новое отношение к теориям социал–демократии можно объяснить тем, что многие их взгляды и точки зрения оказались более жизнестойкими, чем марксистско–ленинские точки зрения и взгляды. Практика социал–демократии оказалась более жизнеспособной.Они выступали за медленную эволюцию государства, т.е. перестроение государства с тем, чтобы государство обслуживало и помогало большему числу людей, и было максимально справедливо к своим гражданам.[2]
ПОРОШИН: КРИТИКА ГОСУДАРСТВОВЕДЕНИЯ.
Информация о работе Критика Порошиным теоретической несостоятельности государствоведения