Естественно-научная и гуманитарная культуры

Дата добавления: 27 Октября 2013 в 15:51
Автор: a*************@gmail.com
Тип работы: реферат
Скачать полностью (36.10 Кб)
Работа содержит 1 файл
Скачать  Открыть 

РЕФЕРАТ.docx

  —  38.48 Кб

РЕФЕРАТ

 

по курсу "Концепции современного естествознания"

 

тема: "Естественно-научная и  гуманитарная культуры"

 

 

1. Две традиции в объяснении, понимании и предсказании явлений

 

В методологии науки под этими  терминами понимают две различные  традиции, которые сформировались в  изучении природы, т.е. в естествознании, с одной стороны, и исследовании явлений духовной жизни общества, т.е. в гуманитарных науках, с другой. Это различие обусловлено самой  спецификой объектов изучения естественных и гуманитарных наук.

 

В то время как в природе действуют  слепые, стихийные и независимые  от человека процессы, в обществе ничего не совершается без сознательных целей, интересов и мотиваций. На этом основании естественно-научную культуру нередко противопоставляют культуре гуманитарной. Поскольку методы исследования в естествознании сформировались раньше, чем в гуманитарных науках, то в истории познания делались неоднократные попытки перенести их целиком и полностью, без соответствующих изменений и уточнений, в гуманитарные науки.

 

Такие попытки не могли не встретить  сопротивления и критики со стороны  специалистов, изучавших явления  социальной жизни и духовной культуры. Иногда подобное сопротивление сопровождалось полным отрицанием какого-либо значения методов естествознания для исследования социально-культурных и гуманитарных процессов. Однако в последние десятилетия  под влиянием научно-технической  революции и возникновения новых  общенаучных и междисциплинарных  направлений исследования былая  конфронтация между естествоиспытателями и гуманитариями все больше уступает место согласию и стремлению понять и использовать методы друг друга.

 

Мы являемся свидетелями того, как  социологи, юристы, педагоги и другие специалисты-гуманитарии начинают применять системный подход, идеи и методы кибернетики и теории информации в своих исследованиях. Поэтому представляется весьма важным познакомиться с основными концепциями  современного естествознания, во-первых, чтобы сознательно применять  их в своей деятельности, во-вторых, чтобы получить более ясное и точное представление о современной научной картине мира, которую дает сегодняшнее естествознание.

 

Наиболее отчетливо различие между  естественнонаучной и гуманитарной культурами выражается в истолковании их подхода к основным функциям науки, важнейшие из которых -- объяснение, понимание и предсказание явлений.

 

Объяснение в самой общей  форме можно определить как подведение явления, факта или события под  некоторый общий закон, теорию или  концепцию.

 

Действительно, чтобы объяснить, например, факт, необходимо логически вывести  высказывание о факте из определенного  общего высказывания или утверждения, в качестве которых чаще всего  выступают законы и теории. Мы должны постараться найти такое высказывание и подвести под него конкретный факт, случай или событие. Чтобы объяснить, почему яблоки падают на землю, Ньютону, по малоправдоподобной легенде, пришлось открыть закон всемирного тяготения. В экономике для объяснения равновесия на рынке обращаются к закону спроса и предложения. Нередко различают  разные уровни объяснения. Так, чтобы  объяснить расширение стержня, указывают  на непосредственно наблюдаемый  факт -- его нагревание, но для более глубокого объяснения этого явления физики привлекают молекулярно-кинетическую теорию вещества. Согласно этой теории при нагревании происходит увеличение величины свободного пробега молекул, вследствие чего соответственно возрастают размеры тела.

 

В естествознании первоначально преобладали  причинные объяснения, когда для  этого использовались простейшие эмпирические законы. Именно с такого рода объяснениями мы встречаемся уже в механике. Мы говорим, что причиной ускорения  движения тела служит приложенная к  нему сила. Подобного рода каузальные, или причинные, законы отображают регулярные, повторяющиеся связи между явлениями, когда одно из них служит причиной возникновения или происхождения другого. С дальнейшим развитием науки становилось все более очевидным, что причинные законы составляют лишь часть обширного класса научных законов. Поэтому объяснения с помощью законов в настоящее время называют помологическими. В принципе объяснение может быть осуществлено с помощью любых общих высказываний, начиная от эмпирического обобщения и кончая сложнейшими научными теориями или системой теорий. Действительно, уже простое обобщение можно считать объяснением, ибо оно охватывает множество отдельных конкретных случаев, рассматриваемых с некоторой общей точки зрения. Однако ценность таких объяснений невелика, особенно когда для этого выбирается общее свойство или признак несущественного, второстепенного характера. В отличие от этого объяснения, опирающиеся на законы и теории науки, характеризуются особой надежностью, так как устанавливаются и проверяются очень тщательно.

 

Особый интерес представляет проблема объяснения посредством законов  в естествознании и гуманитарных науках, по которой до сих пор  не прекращаются споры. Они вызваны главным образом тем обстоятельством, что в ряде гуманитарных наук, например в истории, трудно подвести индивидуальные и неповторимые события и явления под какой-либо общий закон или теорию. Поэтому есть немало историков, которые решительно возражают против переноса естественно-научных методов объяснения в исторические исследования. С другой стороны, некоторые философы с не меньшим упорством отстаивают взгляд, что исторические и другие гуманитарные события и явления также в принципе поддаются объяснению с помощью общих законов и теорий. Вся беда, по их мнению, состоит в неразработанности концептуального аппарата многих гуманитарных наук, в частности исторических.

 

Что касается характера законов, на которые должны опираться гуманитарные объяснения, то мнения здесь решительно расходятся. Одни считают, что такие  законы весьма просты и тривиальны и поэтому не заслуживают особого  анализа. Другие, напротив, заявляют, что  они слишком сложные и запутанные и их предстоит еще открыть, чтобы объяснения исторических событий стали адекватными. Третьи полагают, что для объяснения исторических событий и деятельности людей, участвующих в них, следует обратиться к так называемым телеологическим, или финалистским, объяснениям, которые опираются не на причинные законы или даже не на законы вообще, а на раскрытие целей, намерений и мотивов поведения и деятельности людей. Телеологические объяснения известны еще со времен античности и ими пользовался основоположник классической логики Аристотель. Однако под влиянием быстро развивающегося естествознания, в частности физики и химии, которые широко применяли для объяснения причинные законы, к телеологическим объяснениям стали прибегать все реже и реже. Интерес к ним возродился только после того, когда стало ясно, что причинные объяснения оказываются большей частью неадекватными в гуманитарной области.

 

Среди историков и других ученых-гуманитариев есть также немало исследователей, которые заявляют, что методы объяснения сказываются вообще бесполезными в  гуманитарных науках, поскольку в  них главное внимание должно быть обращено не столько на общность, сколько  на индивидуальность, неповторимость и даже уникальность событий и  явлений духовной и социальной жизни. Поэтому они считают .главным или даже почти единственным способом их исследования метод понимания, связанный с их истолкованием.

 

Пониманием называют способ, посредством  которого можно интерпретировать или  истолковывать явления и события  индивидуальной духовной жизни и  гуманитарной деятельности.

 

Такой метод часто называют герменевтическим, по имени древнегреческого бога Гермеса, который, согласно легенде, служил посредником  между людьми и богами Олимпа. Поскольку  смертные люди не понимали божественный язык, то Гермес выступал как переводчик и истолкователь воли богов.

 

В гуманитарной методологии различают  два подхода к процессу понимания, которые условно можно назвать  психологическим и теоретическим. К психологическому относят понимание, основанное на переживании одним человеком духовного опыта другого, его чувств, настроений, мотиваций и т.п. С такой точки зрения понимание в основном достигается путем эмпатии, т.е. воплощения, чувствования, проникновения в духовный мир другого человека. Грубо говоря, чтобы понять другого человека, например, автора художественного произведения давней эпохи, необходимо влезть в его "шкуру" и внутренне пережить то, что пережил автор.

 

Подобный взгляд на понимание был  широко распространен в прошлом  веке среди теоретиков и историков  искусства, литературоведов и критиков, а также других гуманитариев. Наиболее видным представителем этого направления  был известный немецкий историк  искусства и теоретик герменевтики Вильгельм Дильтей (1883--1911). Хотя прием перевоплощения в другого человека, чувствования и проникновения в его духовный мир, несомненно, приносит пользу, тем не менее условия жизни, конкретные события и процессы, которые наблюдал, скажем, У. Шекспир (1564--1616), а тем более древний грек Еврипид (ок. 480--406 до н.э.), существенно изменились. Поэтому современный исследователь не может наблюдать их теперь, к тому же о прошлой эпохе, его нравах, обычаях и духовной жизни он судит с точки зрения сегодняшних идей, нравов и представлений. В лучшем случае он может размышлять о прошлом, опираясь лишь на некоторые аналогии и предположения.

 

Теоретическое понимание основывается прежде всего на интерпретации, или истолковании, определенных фактов, событий и процессов. Суть интерпретации в гуманитарной деятельности состоит в раскрытии целей, мотиваций и смысла действий и поступков людей. В этом отношении такое понимание сближается с телеологическими объяснениями.

 

Исторически герменевтика возникла из опыта работы над текстами, которые  были написаны на древних языках, плохо  сохранились, трудно поддаются переводу, а потому их нелегко понять. Чтобы  их понял современный читатель, необходимо прежде всего раскрыть их смысл. Нередко понимание сводят только к раскрытию и усвоению того смысла, который вложил в текст его автор. Считается, что если мы раскрыли этот смысл, то тем самым поняли его. Именно так рассматривают понимание не только в обыденном познании и обучении, но и при переводе текстов с чужого языка на родной. Есть немало переводчиков, которые решительно заявляют, что их главная цель состоит в том, чтобы полностью, без искажений и собственных добавлений донести до читателя смысл авторского текста. На первый взгляд такое требование выглядит вполне убедительно, но если вникнуть в него глубже, то ясно обнаруживается его ограниченность. В самом деле, почему люди разных эпох восторгаются творениями великих мастеров литературы, живописи и музыки? Разумеется, прежде всего это объясняется тем, что в них выражаются глубокие общечеловеческие проблемы, тревоги и надежды, но не только это привлекает к ним внимание. Ведь, если бы интерпретаторы разных эпох раскрывали лишь авторский смысл, то все свелось бы к непрерывному воспроизведению того же самого. На самом деле каждый, кто берется, например, ставить пьесы Шекспира или античные трагедии Еврипида, добавляет к ним свой, собственный смысл, выражающий представления и идеи его времени, и тем самым обогащает первоначальный авторский смысл. От этого, если за дело берется подлинный художник, оригинальное произведение только выигрывает.

 

Несколько труднее обстоит дело с интерпретацией исторических событий, но и они истолковываются обычно с позиций и результатов, достигнутых  в настоящее время. Это, конечно, не означает возврата к лозунгу: "история -- есть политика, опрокинутая в прошлое", предполагающего предвзятое, неисторическое истолкование прошлых событий. В то же время нельзя не признать, что взгляд с более высокой позиции, обоснованный и обогащенный опытом новых поколений, дает возможность лучше понять тенденции исторического развития, а тем самым и прошлые события.

 

Можно ли говорить о понимании природы? Очевидно, что непосредственно этого  утверждать нельзя, поскольку в явлениях природы не существует ни целей, ни намерений, ни мотивов, а тем самым  и вложенного кем-то смысла. Думать иначе означало бы возвратиться к  антропоморфизму, т.е. наделению природы  особенностями, которые присущи  только человеку. В то же время для  исследования явлений природы мы вводим понятия, открываем законы и  строим научные теории, с помощью  которых интерпретируем эти явления. А это означает, что мы достигаем  определенного понимания существующей в природе регулярности, повторяемости  и закономерности, но такое понимание  по своему характеру оказывается  в определенной степени ближе  к естественно-научному объяснению. В целом понимание представляет собой более сложный, противоречивый и запутанный процесс, чем объяснение. Различие между ними состоит в том, что если объяснение сводится к логическому выводу, то понимание -- к интерпретации. К логическому выводу обращаются и при предвидении событий, явлений и иных новых фактов.

 

Предвидение, или предсказание, по логической структуре не отличается от объяснения и основывается также  на выводе высказываний о фактах из общих утверждений (законов и  теорий), но сами факты остаются гипотетическими, неизвестны ми и их предстоит еще  открыть.

 

В то время как объяснение относится  к событиям и фактам настоящим, а  часто и к прошлым (археология, история, палеонтология), предвидение  направлено к будущим событиям. Оно играет решающую роль не только в развитии теоретического знания, но особенно в процессе практического применения этого знания, обеспечивая возможность прогнозирования явлений и событий. Известная максима "знать, чтобы предвидеть" достаточно ясно выражает роль предвидения в практической деятельности. Другая особенность предсказаний связана с вероятностным их характером. Это в особенности относится к предсказанию социальных и гуманитарных событий и процессов, которые опираются не на универсальные законы, а законы статистические, вероятностные. Как будет показано в дальнейшем, заключения, полученные из статистических законов, всегда имеют вероятностный или правдоподобный, а не достоверный характер. В этом отношении предсказания в социальных и гуманитарных науках по своей точности далеко отстают от предсказаний в естественных науках, в особенности наиболее развитых. Хорошо известно, с какой точностью астрономы вычисляют солнечные и лунные затмения, а физики предсказывают результаты процессов, происходящих внутри атомов и ядер.

Страницы:123следующая →
Описание работы
В то время как в природе действуют слепые, стихийные и независимые от человека процессы, в обществе ничего не совершается без сознательных целей, интересов и мотиваций. На этом основании естественно-научную культуру нередко противопоставляют культуре гуманитарной. Поскольку методы исследования в естествознании сформировались раньше, чем в гуманитарных науках, то в истории познания делались неоднократные попытки перенести их целиком и полностью, без соответствующих изменений и уточнений, в гуманитарные науки.
Содержание
содержание отсутствует